ОБЗОР: Российские банки заплатят капиталом за чрезмерные инвестиции в экосистему

ЦБ РФ после выпуска первого доклада, где он в общих чертах обозначил принципы регулирования экосистем на российском рынке, опубликовал второй документ, в котором сосредоточился на том, как будет регулировать вложения банков в развитие экосистем.

С его содержанием ознакомился "Интерфакс".

Воплощение в жизнь предложенной к обсуждению регуляторики — дело нескольких лет, но уже сейчас банкам есть над чем задуматься: например, о перспективе оказаться в списке системно значимых кредитных организаций в связи с развитием экосистемы, а не основного бизнеса.

В новом докладе ЦБ старается подняться над привычной ролью банковского регулятора, открыто признавая неравенство конкуренции банков и бигтеха. Банки развивают экосистемы за счет депозитов, гарантированных системой страхования вкладов, тогда как у технологических компаний есть лишь акционерный капитал, констатирует ЦБ.

Банк России рассматривает три варианта регулирования: институциональное разделение банковской и нефинансовой деятельности, введение максимального коэффициента риска (1250%) или вычет из капитала банка всех новых вложений в иммобилизационные активы, а также внедрение для таких активов риск-чувствительного лимита в процентах от капитала.

"Варианта не регулировать у нас, как вы понимаете, не было. Вопрос лишь стоял в том, как регулировать. Мы внимательно изучили мировой опыт, но в мировой практике такие инвестиции регулируются довольно жестко. Как правило, банкам не разрешено делать такие инвестиции. Но мы думали, можно ли соблюсти баланс, найти середину, которая позволит, с одной стороны, банкам продолжать развивать экосистемы, и при этом чтобы клиенты и банки соблюдали выгоды из этого, но при этом не создавалось повышенных рисков для кредиторов и вкладчиков. Как мне кажется, в предложенной концепции мы смогли такую "золотую середину" найти", — заявил на пресс-конференции директор департамента обеспечения банковского надзора ЦБ Александр Данилов.

ОБРОСЛИ НЕПРОФИЛЕМ

По мнению Банка России, неконтролируемое развитие экосистем на базе банков может привести к реализации рисков для кредиторов и вкладчиков, финансовой стабильности в целом, а также спровоцировать рост и без того высокой доли иммобилизованных активов. По предварительным оценкам, в разных формах инвестиции банков в экосистемы составляют до 0,5 трлн рублей.

К иммобилизационным активам регулятор относит:

  • вложения в долевые и гибридные инструменты (инвестиции в операционные и холдинговые компании, паевые фонды);
  • материальное имущество (например, основные средства, включая вложения в ИТ-инфраструктуру, недвижимость и транспорт, а также непрофильные активы);
  • нематериальные активы (алгоритмы, датасеты, программное обеспечение, интеллектуальные права, бренд и другое).

Предложенное регулирование затрагивает не только экосистемные вложения, но и старый "багаж" иммобилизованных активов, включая вложения в недвижимость, активы, полученные по отступному, и непрофильные вложения. "У банков есть и другие вложения, которые подвержены рискам. Было бы несправедливо, если бы мы только фокусировались на экосистемных вложениях, но при этом забывали про те другие. Тем более что их объем достаточно значительный, что тоже несет определенный риск для кредиторов и вкладчиков", — указал Данилов.

"Когда вы приходите к стоматологу, он говорит: "Я могу поставить пломбу, но она долго держаться не будет, она будет временной. По-хорошему, зуб надо перелечивать". И вот здесь такая же дилемма. Можно было попытаться сделать что-то в отношении экосистемных вложений, но из-за того, что уже что-то есть накопленное, мы бы получили "времянку". А мы хотим сделать хорошее, эффективное регулирование надолго, которое будет способствовать "здоровью" банковского сектора", — привел он аналогию.

Кроме того, ЦБ хочет в будущем избежать регуляторного арбитража. "Сейчас, когда такой хайп и нет регулирования, всё — экосистемное, куда ни посмотри - все инвестиции экосистемные. Но как только будет регулирование, все тут же будут говорить: ой, это не экосистемное, это у нас партнерские отношения, это венчурная инвестиция, это с целью получения дохода, стратегическая инвестиция и еще какая-то. Чтобы не было арбитража, мы поэтому и стали смотреть шире, почему в составе лимита мы берем все иммобилизованные активы. Нам не надо давать четкого определения и в эти игры, условно говоря, играть с банками", — пояснил директор департамента ЦБ.

ЦБ отмечает, что иммобилизационные активы не генерируют предсказуемый денежный поток и не могут рассматриваться в качестве надежного обеспечения банковских обязательств. Ведь обязательства исполняются в денежной форме, а не путем передачи кредиторам и вкладчикам материального имущества или акций. Оценка их стоимости может носить достаточно условный характер, поскольку иногда для таких активов отсутствует ликвидный рынок. Кроме того, вложения в стартапы могут быть подвержены высокому риску обесценения.

Регулятор подсчитал, что сейчас чистая балансовая стоимость вложений топ-30 банков в нефинансовые организации, основные средства, непрофильную недвижимость, а также инвестфонды, имущество которых тоже в значительной степени может быть иммобилизованным, составляет 2,4 трлн рублей (около 20% капитала). При этом запасы регуляторного капитала, которые способны покрыть убытки от этих активов, оцениваются в 0,4 трлн рублей (15% от балансовой стоимости).

"Такое положение снижает качество капитала банков, так как, если вышеупомянутые активы обесценятся, это сократит возможности банков абсорбировать убытки по другим рискам. В свою очередь, если условный стрессовый сценарий приведет к утрате банком капитала, убытки кредиторов и вкладчиков (или государства, например, в лице системы страхования вкладов) могут быть значительными", — отмечает ЦБ.

ЦБ ожидает, что через 5-10 лет запас таких активов у крупнейших банков может увеличиться в несколько раз. При прочих равных это может негативно повлиять на их финансовую устойчивость и в целом на финансовую стабильность.

В докладе ЦБ выделил три банка, активно развивающие экосистемы в России: Сбербанк, ВТБ и Тинькофф банк.

ТРИ ПУТИ РЕГУЛИРОВАНИЯ

ЦБ констатирует, что сейчас у банков нет обязательства иметь безусловную подушку безопасности под иммобилизационные активы. Банк России намерен исправить эту ситуацию, предложив банкам в докладе три варианта регулирования.

Вариант А — выделение нефинансового бизнеса банковской группы в независимый от банка холдинг — самый прозрачный подход с точки зрения ограничения рисков таких вложений. По этой модели, например, устроено регулирование в США и Великобритании. Однако на практике такой вариант сложно реализовать, если банковский бизнес в стране длительное время развивался без жестких запретов на инвестиции в нефинансовый бизнес. Чтобы в этих условиях привести крупнейшие банки к целевому состоянию, потребуется либо разделить их, либо заставить принудительно продать нефинансовый бизнес, что существенным образом затронет интересы инвесторов. Могут пострадать и клиенты - например, какие-то экосистемные бизнесы и продукты могли быть частично реализованы на платформе самого банка и их будет невозможно выделить или продать.

Вариант Б — наиболее простой с точки зрения внедрения. Тем не менее введение 100%-ного вычета или, как в Китае, максимального риск-веса (1250%) для новых вложений в нефинансовый бизнес также будет иметь нежелательные результаты, отмечает ЦБ. В частности, такой подход игнорирует различия в концентрации иммобилизационных активов у банков, их относительной рискованности, а также не позволит увеличить покрытие капиталом накопленного банками запаса таких активов. Кроме того, этот путь радикально ограничит пространство для стратегического развития российских банков, существенно увеличив их издержки на внедрение инноваций, — не во всех случаях банк может найти подходящего партнера (его просто может не быть на рынке в случае инновационных продуктов), и в такой ситуации ему придется делать инвестиции полностью за счет капитала.

Вариант В — установление риск-чувствительного лимита (РЧЛ) — представляется регулятору наиболее сбалансированным, так как банки смогут развивать новые сервисы и инвестировать в адекватном размере, если их вложения в иммобилизационные активы, начиная с определенного уровня, будут полностью обеспечены средствами акционеров. Если такие вложения будут успешными, акционеры получат дополнительный доход. Если нет - интересы клиентов банков не пострадают. При таком подходе у банков будет стимул не накапливать избыточные иммобилизационные активы, а, наоборот, продавать их для высвобождения лимита. Риск вложений также будет учитываться, так как высокорискованные инвестиции в большей мере утилизируют лимит.

ЛИМИТ ДЛЯ ЭКОСИСТЕМ

ЦБ предлагает установить риск-чувствительный лимит в размере 30% от совокупного капитала и распространить его на широкий перечень активов: основные средства, непрофильное имущество (включая инвестиционную недвижимость), вложения в нефинансовые организации (в том числе через гибридные инструменты), вложения в инвестфонды, включая ЗПИФ, и другие активы, не предполагающие требований по возврату денежных средств и создающие повышенные риски для кредиторов и вкладчиков.

По словам Данилова, лимит в 30% был определен экспертно-эмпирическим путем. ЦБ проводил расчеты по топ-30 банков и выяснил, что даже при высоких коэффициентах иммобилизации по наиболее рискованным активам банки на горизонте 5 лет в состоянии справиться с новыми требованиями и при этом продолжать кредитовать.

Внедрение РЧЛ не повлияет на банки с умеренной концентрацией иммобилизованных активов. Однако в тех случаях, когда у банка большой объем таких активов с повышенным риском, превышение лимита будет вычитаться из регулятивного капитала при расчете нормативов. При этом для определения утилизации лимита и, соответственно, размера вычета активам будут присваиваться разные коэффициенты иммобилизации. Они варьируются в зависимости от назначения, балансового возраста и рискованности актива: чем выше коэффициент, тем меньше активов укладывается в лимит. Для расчета утилизации лимита чистая балансовая стоимость актива учитывается не по номиналу, а умножается на коэффициент иммобилизации.

ЦБ привел пример расчета вычета: у банка с капиталом 500 рублей объем иммобилизационных активов оценивается в 200 рублей. Соответственно, РЧЛ для такого банка составит 150 рублей (30% от капитала). С поправкой на средний коэффициент иммобилизации 3,7 объем иммобилизационных активов составит 740 рублей и превысит лимит на 590 рублей. Сумма превышения делится на коэффициент иммобилизации, таким образом, объем вычета из капитала для такого банка составит 159 рублей, что снизит его норматив достаточности капитала Н1 с 10% до 7,12%, но при этом увеличит покрытие капиталом иммобилизационных активов с 13,25% до 82,2%.

Для минимизации дополнительной нагрузки на банки вычет по РЧЛ может приниматься в расчет капитала с периодичностью один раз в год или ежеквартально. Чтобы при уменьшении капитала банка по причинам, не связанным с действием РЧЛ (например, из-за убытков по кредитам), это не приводило к снижению лимита и дополнительному вычету, можно предусмотреть ограничительный механизм. Например, вычет может приниматься в расчет с лагом в 12 месяцев. Другим вариантом может быть использование принципа "high-water mark", когда при существенном для соблюдения нормативов уменьшении вычет "замораживается" и для банка вводится временное ограничение на увеличение вложений в иммобилизационные активы. После восстановления капитала ограничение снимается, при этом вычет начинает рассчитываться по стандартной методике.

РЧЛ будет распространяться на банки с универсальной лицензией и может быть введен одновременно на индивидуальном и групповом уровнях, чтобы снизить риск регуляторного арбитража через структурирование владения иммобилизационными активами. Чтобы банки с низким запасом капитала и/или высокой концентрацией иммобилизационных активов смогли подготовиться к введению лимита, он может внедряться поэтапно. Например, в течение пяти лет значение лимита может быть последовательно снижено с начальных 100% до целевых 30%. Для внедрения лимита потребуется 1-2 года. В этом случае лимит может начать действовать уже в 2023 году, а в окончательном виде заработает в 2025-2027 годах. При этом если по организационным причинам внедрение РЧЛ будет занимать больше времени, его параметры (например, график поэтапного ужесточения требований) могут быть скорректированы.

"Предложенный подход позволит банкам внедрять инновации и развивать отечественные экосистемы в условиях глобальной конкуренции. При этом риски для клиентов банков и финансовой системы можно будет ограничить. Кроме того, лимит будет способствовать выравниванию конкурентного поля внутри страны, так как российские технологические компании развивают экосистемы в основном за счет привлечения акционерного капитала и средств квалифицированных инвесторов, а не счетов и депозитов, гарантированных системой страхования вкладов", — говорится в докладе.

"У акционеров банков будет возможность развивать экосистемы, если эти инвестиции выгорят в хорошем смысле, если они кажутся успешными, то они (акционеры) заработают. Но если инвестиции не "взлетят", не получится, эти убытки не лягут бременем на плечи кредиторов и вкладчиков, а будут покрыты средствами акционеров. Мне кажется, это справедливо", — заявил Данилов.

Важным дополнительным эффектом от внедрения РЧЛ будет рост предложения рыночных активов, так как лимит мотивирует банки не накапливать активы, а продавать их. Кроме того, РЧЛ может способствовать формированию открытых платформ за счет перехода банков на партнерскую модель развития экосистем.