ПОД/ФТ / Новости 14 июля

Число требований к бенефициарам компаний-банкротов выросло на четверть во II кв. - Федресурс

Число заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности бенефициаров компаний-банкротов и других контролирующих лиц во II квартале 2019 года выросло на 25,6%, до 1621, по сравнению с тем же периодом прошлого года, следует из сообщений арбитражных управляющих, внесенных в "Федресурс" (Единый федеральный реестр сведений о банкротстве, fedresurs.ru). Эти данные не включают дел о банкротстве финансовых организаций.

За II квартал 2019 года суды удовлетворили 418 заявлений к 555 ответчикам, что на 9,7% и 17,8% соответственно больше, чем в апреле-июне прошлого года. Доля удовлетворенных заявлений снизилась с 30% до 26%, а общий размер субсидиарной ответственности, которая была возложена на контролирующих лиц, вырос в 2,1 раза до 79,5 млрд рублей.

КРОХИ В КОНКУРСНУЮ МАССУ

Но рост сумм в судебных решениях о взысканиях, судя по имеющейся информации, не приводит к сколько-нибудь существенному пополнению конкурсной массы. Заместитель руководителя ФНС Константин Чекмышев в мае 2019 года говорил, что в бюджет поступает 5% от установленных судами сумм субсидиарной ответственности, и это еще прогресс, поскольку три года назад эффективность была 0,2%.

Схожую ситуацию демонстрируют и данные "Федресурса". По ним за период с января по июнь 2019 года были признаны состоявшимися 35 торгов по продаже прав требования сумм субсидиарной ответственности контролирующих лиц, 62 не состоялись из-за отсутствия спроса. На состоявшиеся торг были выставлены требования на общую сумму 8,5 млрд рублей, а проданы они были за 20,7 млн рублей - 0,2% от номинала.

БЕНЕФИЦИАР ГОТОВ

Складывающаяся практика привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности сродни попыткам взять молоток побольше и потяжелее, чтобы гвозди не гнулись, говорит партнер правового бюро "Олевинский, Буюкян и партнеры" Магомед Газдиев. "К тому моменту, когда вы взяли в руки свой молоток, все гвозди уже загнуты: 0,2% от номинальной величины взысканных судом сумм - это все, на что в среднем вы можете рассчитывать", - отмечает он.

Газдиев объясняет это тем, что, сталкиваясь с перспективой краха бизнеса, российский предприниматель готовится не только к процедуре корпоративного банкротства и спору о субсидиарной ответственности. Он готовится к своему персональному банкротству, говорит эксперт.

"К субсидиарной ответственности чаще всего привлекают за нарушения, совершенные более трех лет назад. Люди, которых привлекают к подобной ответственности, банально потеряли мотивацию заниматься бизнесом, у них уже нет возможности рассчитаться с кредиторами", - добавляет директор Российского Союза саморегулируемых организаций арбитражных управляющих Кирилл Ноготков.

Присутствует, по его словам, формальный подход ряда кредиторов к субсидиарной ответственности бывшего руководства. Это делается даже тогда, когда это нецелесообразно экономически, в том числе после введения процедуры банкротства в отношении контролирующих лиц, отмечает Ноготков.

Еще одна причина небольшой величины реальных поступлений в конкурсную массу, по словам Ноготкова, - привлечение к ответственности номинальных директоров.

ПОМОГУТ ОБЕСПЕЧИТЕЛЬНЫЕ МЕРЫ?

Чекмышев считает, что одновременно с подачей заявления о субсидиарной ответственности нужно активнее требовать принятия обеспечительных мер. ФНС, например, не пренебрегает этим инструментом: на ее долю приходится только 4% общего числа заявлений о субсидиарной ответственности, однако ходатайств об обеспечительных мерах - 54%, свидетельствует приведенная им статистика. Неактивное использование института обеспечительных мер говорит о формальном подходе управляющих к делу, отмечает Ноготков.

"С помощью обеспечительных мер можно повысить эффективность института субсидиарной ответственности", - согласен старший юрист группы по разрешению споров международной юридической фирмы Baker McKenzie Павел Новиков. По его словам, еще совсем недавно суды часто отказывали в принятии таких мер, обосновывая это невозможностью определить точную сумму или отсутствием доказательств отчуждения имущества ответчиками. Но подход меняется. "Во многом это связано с вынесением определения Верховного суда по делу Ипотек банка, в котором указано, что для принятия обеспечительных мер достаточно подтвердить разумные подозрения", - говорит Новиков.

Это знаковое дело, соглашается адвокат, советник юридической фирмы Saveliev, Batanov & Partners Юлия Михальчук. "В деле Ипотек банка был существенно понижен стандарт доказывания из-за того, что ответчик [экс-руководитель Дмитрий Сердюк – ред.] оказывал противодействие. Ранее суды крайне редко накладывали обеспечительные меры в отношении ответчиков по субсидиарной ответственности", - отмечает она.

ПЕРЕГИБЫ

Впрочем, по мнению Михальчук, теперь случаются и перегибы в обратную сторону. "После определения по делу Ипотек банка суды стали накладывать меры даже на имущество тех ответчиков, в отношении которых не приведены хотя бы какие-то доказательства оказания влияния на банкрота", - говорит она.

В целом, по ее словам, пока нельзя утверждать, что практика принятия обеспечительных мер стала единообразной. "Яркий пример - серия банкротных дел в отношении банковской группы, в которую входили Анталбанк, "Лада-кредит," Дорис-банк и несколько других", - говорит она. Ключевые решения в этих банках принимали одни и те же лица, а документы подписывали номинальные топ-менеджеры. В марте кассационный суд отказался накладывать меры на имущество ответчиков в деле Анталбанка из-за отсутствия доказательств сокрытия ими имущества. А в июне этот же суд узаконил принятые меры в отношении имущества ответчиков другого банка этой же группы со ссылкой на то, что ответчики в принципе могут начать скрывать свое имущество. "По сути, суд оценил одну и ту же ситуацию с "разных углов" и пришел к прямо противоположным выводам", - отмечает Михальчук.

Основная же проблема в применении обеспечительных мер в отношении ответчиков в спорах о субсидиарной ответственности, по ее словам, состоит в том, что суды не оценивают роль каждого из ответчиков в банкротстве. "Суды могут формально принять меры в отношении всех ответчиков, часть из которых вообще не могли контролировать должника и оказывать хотя бы какое-то влияние на деятельность. С учетом того, что разбирательство по делу о субсидиарной ответственности может занять несколько лет, аресты и другие меры могут причинить значительные неудобства и убытки невиновным лицам", - считает Михальчук.